Готов ли мир к поражению Путина в Сирии

бомбежка.Сирия,СУ-25,Российская Ситуация в Сирии оказалась сложнее, чем представлялось российской армии.

Ситуация в Сирии оказалась сложнее, чем представлялось российской армии. О последствиях российского вмешательства и возможности поражения России размышляют на страницах Atlantico глава Французского центра исследований в области разведки Ален Родье и специалист по арабскому миру Ролан Ломбарди.

«Совершенно точно можно утверждать, что «победы» в Сирии не будет в том смысле, что ни у одного из игроков нет человеческих ресурсов для победы и дальнейшего удержания всей страны, — убежден Ален Родье. — Будучи реалистом, надо раз и навсегда признать, что Сирия перестала существовать такой, какой она была до восстания 2011 года». Родье не верит, что Россия может потерпеть в Сирии «поражение», «но, если бы эта гипотеза подтвердилась, это стало бы настоящей катастрофой, так как означало бы конец дамасского режима и приход ему на смену радикальных исламистов, захвативших всю страну и одновременно сражающихся между собой». «Это повлекло бы массовый исход поддерживающего Асада населения, истребление меньшинств, а также погрузило соседние Иорданию и Ливан в хаос»; тогда уже «никто не будет в состоянии контролировать что-либо», считает Родье. В целом он полагает, что «российская армия не может «проиграть» в Сирии, хотя она и не «победит».

В свою очередь, Ролан Ломбарди подчеркнул, что Россия идет на риск, «только имея хорошо продуманный план и стратегию». «Приняв решение о военном ударе по бастионам «Аль-Каиды» и ИГИЛ в Сирии, Путин лишь дал новый толчок международной войне с терроризмом, — полагает Ломбарди (обе организации запрещены в РФ. — Прим. ред.). — Активизация российского и иранского участия поднимает дух и дает второе дыхание силам Асада. Кроме того, отметим, что российская армия до сих пор не применила свою излюбленную тактику «дорожного катка»? Но возвращение России в качестве великой державы надо анализировать, в первую очередь, в дипломатической сфере. Несомненно, активный дипломатический балет Кремля и его МИДа войдет в историю международных отношений».

Родье убежден, что «Путин не привязан к «личности» Башара Асада, это лишь пешка, которой, возможно, полезно будет пожертвовать в тот или иной момент». «Чего Путин не хочет, так это чтобы Сирией правили салафиты-джихадисты. Он боится, как бы спровоцированный хаос не распространился на Иорданию и Ливан. Таким образом, он является одним из главных защитников Израиля, хоть и поддерживает ливанскую «Хизбаллу», — отметил аналитик. — Как следствие, Путин хочет сохранить алавитский режим в Дамаске, пусть даже не возглавляемый Башаром Асадом. Найти немного более презентабельную замену вполне возможно».

Ломбарди тоже считает, что «российское поражение в Сирии не стоит на повестке дня». Кроме того, Россия пользуется поддержкой многих стран в ООН, в регионе ее поддерживают Иордания, Ирак, Египет, Иран и даже Израиль; «и в Пентагоне некоторые наиболее сведущие генералы и стратеги уже не так рвутся помогать «умеренной» оппозиции в Сирии и даже выступают за сотрудничество с Россией». «Да, Путин, будучи прагматиком и реалистом, будет поддерживать Асада по той простой причине, что ему нет альтернативы», — отметил Ломбарди.

Путин воздерживается от развертывания наземных войск помимо тех, которые защищают российские позиции в Сирии, отметил Родье. Те, кто говорит об отсутствии опыта у российской армии, забывают о чеченских войнах и кампании в Грузии, не говоря уже о крымском кризисе.

Ломбарди убежден, что все кампании против Путина в западных СМИ «никак не повлияют на стратегию Москвы на Ближнем Востоке». «Если и будет эскалация насилия, то она будет исходить скорее от Турции и Саудовской Аравии, — подчеркнул он. — Складывается впечатление, что саудовцы, как и турки, действуют наперекор здравому смыслу, как будто они пребывают в состоянии паники из-за провала их стратегии в регионе. Но тем самым они действуют вопреки собственным интересам: когда они активизируют поддержку сирийских повстанцев и подрывают шансы на разрешение конфликта путем переговоров, время играет против них. По сути, русские наносят удары без разбора по всем оппозиционным Дамаску группировкам. И в этой ситуации турки и саудовцы в конечном итоге сами исключают себя из будущих переговоров. Будем надеяться, что русские и иранцы и дальше будут избегать ловушек, расставляемых Эр-Риядом и Анкарой».

По мнению Алена Родье, Россия достигнет успеха, если ей удастся сохранить безопасность в зоне, прилегающей к средиземноморскому побережью, и тогда она окажется в позиции силы, чтобы вести переговоры после окончания боевых действий, передает издание. «Война еще далеко не закончена. У переговоров сегодня очень мало шансов на успех, настолько расходятся интересы сторон. Они выходят за рамки Сирии, и их следует помещать в контекст противостояний более высокого уровня: между Ираном и Саудовской Аравией, Америкой и Россией, Турцией и курдами, конфликта в Ираке, находящемся на грани взрыва. Главная трудность предстоящих переговоров — понять, кто будет представлять иракский и сирийский «суннистаны».

«Что бы ни думали о российской геополитике, не будем забывать, что она последовательна, серьезна и направлена на защиту европейских интересов. Еще раз напомню, что надежной альтернативы Асаду в Сирии нет. Даже израильтяне, не испытывающие к нему добрых чувств, это понимают. Единственная угроза для победы российской политики в Сирии — активизация терактов во Франции и Европе. Ведь чем слабее будут джихадисты «Аль-Каиды» и ИГИЛ, чем быстрее они будут утрачивать свои позиции, тем активнее они постараются наносить удары вдали от своих позиций. Эта угроза тоже принимается во внимание российскими властями. (…) В самой России война с терроризмом продолжается до сих пор — очень методично и очень жестоко», — отметил Ломбарди.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *